Александр Шкляев

Предо мной лежит сборник стихотворений удмуртских поэтов. Читаю и не могу начитаться. Все так близко к сердцу и мило... Эти прочувствованные стихотворения, полные красивой печали, эти сетования на тьму непроглядную, надежда на светлое будущее, удивительная задушевность — все кажется в высшей степени характерным для молодой удмуртской литературы и раскрывает какие-то просветы в незнакомую доселе душу удмурта.
Но пусть не покажется это парадоксом — за этим своеобразием, за этою характерностью открываешь черты общеклассовые и общечеловеческие. И чем больше вчитываешься в национальную психологию, в художественные образы типичных представителей маленькой народности, тем определеннее чувствуешь в себе ритмические перебои сознания: то воспринимаешь все, как типично национальное, то видишь, как много в этом национальном общего, случайного, классового...
Вот стихотворение И. Векшина:
Друг мой, не плачь, что жизнь трудна
и дни наши пока темны. Что наше сердце уже истомилось, скучая о солнце. Верь: когда-нибудь будет и свет и солнце. Борись: когда-нибудь придет и красивая жизнь...
Разве все мелкие народности не ждали этот свет и ослепительное солнце? Разве пролетариат всего мира не живет надеждою на лучшее будушее? Разве это не долго лелеянная надежда окрылила их и подняла на борьбу?
В сборнике чувствуется горький упрек царской России, затоптавшей в грязь все лучшие национальные чаяния удмуртов... Да и может ли быть братское отношение к той России, которая обрекла было нас, удмуртов, на верную гибель. В изящной литературе, отражающей стороны удмуртской народной души, нет благожелательного отношения к России казенной, официальной, самодержавной, к России — угнетательнице; здесь призрак угнетения ложится темною тенью на каждое слово удмуртского поэта.
Слишком естественно это отношение, слишком понятно, что ужасающие условия жизни не могли выработать в удмурте ничего, кроме этой уродливой психологии. Но как ни печально было прошлое, как ни глубоки царапины, оставшиеся в душе удмурта от прежней полицейской России, мы должны надеяться, что в будущем отношения русского народа к мелким народностям станут нормальными и не только дружественными, но и братскими. Мы должны лелеять в своем сердце надежду, что когда-нибудь сойдутся на великий праздник любви и братства.
Дело взаимного понимания трудящихся всех народностей впереди, но свою лепту в него, хотя и маленькую, внесут разнообразные сборники, вроде лежащего передо мною.
Будем надеяться, что появлением в свет не замедлят литературные сборники и других наших братьев: черемис, зырян и т. д.

публикации - > Герд и Гердоведение

Удмуртская лирика